Российское информационное агентство
поиск по статьям и новостям

    Парижский театр “Одеон” перенес чеховских трех сестер в эпоху Дональда Трампа

Сцена из спектакля “Три сестры”.

Парижский “Одеон – Театр Европы” преподнес в этом году Антону Павловичу Чехову два больших сюрприза. Первым стала в октябре вызвавшая немалое удивление театралов постановка “Трех сестер” на языке глухонемых. Она была осуществлена главным режиссером новосибирского театра “Красный факел” Тимофеем Кулябиным.

И едва лишь восхищенно отшумела по этому поводу парижская театральная общественность, как этот же театр вышел с новым сюрпризом – не менее авангардной трактовкой знаменитого чеховского произведения австралийским экспериментатором Саймоном Стоуном. В театре “Одеон” он пребывает в статусе приглашенного режиссера.

И если до этого, в российском адаптированном варианте сестрам Ольге, Маше и Ирине приходилось бурными жестами и телодвижениями выражать свой внутренний мир, то теперь, по научению австралийца, они  ведут речи, которые, безусловно, вызвали бы немалое изумление у их литературного “родителя”. Дело в том, что 30-летний режиссер перенес действие в самую что ни на есть гущу нашей эпохи, в дни после избрания Дональда Трампа и смерти Дэвида Боуи. При этом кардинальным образом переработав чеховский текст.

    Крутящаяся дача

Не удивительно, что перед зрителями на сцене театра предстает не российская дача, а бетонно-стеклянная двухэтажная загородная вилла в стиле кубизма и модерна 50-х годов. Вдобавок ко всему  она в ходе спектакля вращается вокруг собственной оси, “подставляя” под обзор зрителей то одну, то другую свою комнату, превращающуюся таким образом в мини-сцену.

А там героини, в исполнении актрис парижского театра, изливают свою душу, подчас весьма необычным образом. Так, Ирина, празднуя начало своего 21-го года жизни, заявляет: “Большая часть людей моего возраста напрасно тратит время, закидываясь экстази, либо летая в Берлин на уик-энд. Я же покончила со всем этим еще в 15 лет”. Сестры австралийского разлива, в своем прекрасном далеке (а дело происходит где-то в Европе), мечтают, тем не менее, о том, чтобы поскорее взять оттуда старт и попасть в Нью-Йорк или хотя бы в Сан-Франциско. Что явно не совпадает со знаменитым криком души, вложенным в их уста Чеховым и изъятым Стоуном, как и многое другое.

   Пить, курить и говорить

“Весьма трудно уловить что-то от Чехова в том тексте, который с пулеметной скоростью выпаливают героини. А когда в их разговоре возникают аллюзии на избрание Дональда Трампа или критика либеральных воззрений участников студенческих волнений 1968 года, нельзя невольно не задаться вопросом – зачем вообще все это присутствует в данной постановке?”, – пишет явно не обрадованный увиденным рецензент агентства Франс Пресс.

“Образы Ирины, Маши и Ольги, столь притягательные у Чехова, в трактовке Стоуна едва выступают на общем фоне. Да и некоторые другие персонажи пьесы настолько вскользь обозначены, что нельзя не удивиться, когда в определенный момент один из них неожиданно кончает жизнь самоубийством”, – замечает французский критик.

По ходу дела герои обильно пьют спиртное, курят, ругаются, распевают песни Рианны, занимаются сексом и играют в компьютерные игры. Пару чеховских персонажей австралийский режиссер сделал представителями темнокожих  народов. Один из героев – наркоман.

  Узнать себя

Сам Стоун, видимо предвидя, что не всем придется по душе проведенная им радикальная адаптация героев Чехова, подчеркнул, что с его точки зрения “главное в чеховской философии – это чтобы публика узнала себя в героях пьесы”. “То, что изобрел Чехов в драматургии – это театр, воссоздающий жизненные ситуации, пребывающие у грани каких-то изменений – буквально момент спустя, либо момент до этого. Наш современный мир является прекрасным отражением этого чеховского изобретения”, – подчеркивает режиссер.

Парижская театральная критика по большей части с ним согласна. “Эклектический, эффективный, до невероятности полный отчаяния, тот язык, которым говорят герои чеховской пьесы у Стоуна, отражает ритмы нашей эпохи. Причем за яркими вспышками актуальных событий становится очевидным, что что-то в этом мире не так уж и изменилось с 1900 года”, – отмечает в этой связи театральный критик с государственной радиостанции “Франс энтер”.

Интерес к интерпретации Чехова, предложенной Стоуном, тем более велик в Париже, что у всех театралов еще в памяти с успехом показанная им на престижном Авиньонском театральном фестивале в июле этого года авангардная пьеса “Дом Ибсена”. Ее текст был написан австралийцем по мотивам произведений знаменитого норвежца. И тот дом тоже крутился на сцене, что дало возможность язвительному критику из газеты “Фигаро” отметить, что “старика Ибсена явно пропустили через центрифугу”.

    ПАРИЖ, 14 ноября. /Корр. ТАСС Михаил Тимофеев/.

Источник: sovsakh.ru
 Читайте также:
Мнение редакции интернет сайта yodda.ru никогда не совпадает с мнением, высказаным в новостях.

Пользовательское соглашение   |   Контактная информация   |   Города   |   Отели
Copyright © 2014-2016 yodda.ru - региональное информационное агенство
Яндекс цитирования